Эта музыка, это быть может, -
Это легкий летит шепоток
В золотое легато дорожек,
Под лоток, под кусток, под мосток.
Это птичьи права и синичьи
Голоса, и прожиточный свет,
Заглаголье твое, заресничье,
Плач и пламень укрывчивых лет.
Все наречья тоски и блаженства,
Эолийские листья в окне
И волнение лучшей из женщин,
На закате пришедшей ко мне.
От мерцанья любимого локтя
Так кружится моя голова,
И дрожит распростертая охра,
Под ногой, ни мертва, ни жива.
...Эта музыка тоже продрогла,
Как продрогли слова и трава.

Включил себе LiveJournal Messenger. Вот мой Windows Live ID: listvicka@livejournal.com. Подключайтесь тоже и давайте общаться.

1

Ты будешь сладко спать у моря.
Берут столетья на испуг.
Поет волна свое блажное,
Чтоб спать, не разнимая рук.
В плечо уткнутся дни и тучи,
А там, где кончилась вода,
Всплеснет ракушечник текучий
От августа до навсегда.

2

Думай о хорошем под моей рукою....
Нам носить печали одного покроя.
Одного терпенья, одного плетенья
Сомкнутые пальцы, сдвоенные звенья.
Горечь сложит крылья глубоко под кожей.
Расстели мне сердце, расстели мне ложе -
Над постылой твердью, под звездой кромешной,
Под ресницей божьей, под его усмешкой...

3

Запах твоих волос.
Зябкое чудо плеч.
Все, что уже сбылось.
Все, что смогу сберечь.
Ты в тишине со мной -
Вжавшись строкой в строку.
Время нас кроет мглой
И стоит начеку -
То ли в полуцвету,
То ли в полубреду...
На посту, на посту -
Даже в райском саду.

Мы с ней - одно. И мы идем на дно.
Такое безыскусное кино.
Так ласточка - с привычной высоты...
Я - это ты.
Мы с ней - одно, одни, в одну игру.
Что на миру, что на чужом пиру.
Шагренева бумага бытия.
Ты - это я.
Мы вместе сдохнем под молчанье труб:
То ль ангельских, то ль - как там их зовут...
О как мешает донная трава
Нам целова...

Пеленающая версты
На границе поворота,
Ты над снами и над явью
Дышишь с моего листа.
Я давлюсь пространства костью -
Не попасть в твои широты,
Божья пригоршня сиянья
С зимним облачком у рта.
Где-то рядом жизнь иная
В виде позднего набега
Выстрелом в приморском тире
Выбивает сто очков.
Долгий воздух между нами,
Тетива тугая неба,
Компас, штопающий дыры
На полях черновиков.
Мое тайное причастье,
Я вишу на паутинке,
И бессрочное кочевье
С якоря срывает сад...
Держит даль твои запястья,
Множит ночь твои запинки,
И манит твое свеченье,
Как шиповник в снегопад.

Остановись над временем, любимая,
Рукою крыльев бабочки коснись,
На бабочке, как на летучей библии,
Любить меня до смерти поклянись, -
На бабочке, на пламени, на облаке,
На щебете и твердости чужбин,-
Над вечными обломками-обмолвками
Сутулых глин .
Свежи твои ресницы полуночные -
Качели для судьбы: то вверх, то прочь, -
Прекрасные, печальные, неточные -
Как речь и ночь.

Я сниму с тебя одежды,
Я сниму с тебя печали,
Небесами станут бездны,
Небесами станут дали.
Там текут иные реки,
Там стоят иные стражи,
И ладонь твоя навеки
На ладонь мою возляжет.
Там в одно - дыханья слиты,
Там сердца - неразделимы,
Там поют любви молитвы
Огневые херувимы.
Там любовь не знает казни,
Словно музыка - молчаний…
Я сниму с тебя боязни,
Я сниму с тебя печали.

Опять ищу твое плечо
В точеных ракурсах столетий.
Какую дверь открыть еще
В предместьях выписанных - третий

Не ближе к нам, чем первый Рим.
И дверь, подобие квадрата,
Верней открыта для других
Не скрипачей, так конокрадов.

По-королевски походи,
А там осанка ли, сноровка -
Уже и вечность впереди
Плывет, кончая рокировку.

Такой Египет, что в глазах
Темнеют солнечные села.
Назад? Но выбором нельзя
Вертеть, как стираным подолом.

И я зову тебя, зову -
Твой, обреченный на повторы,
Маяк: останься на плаву,
Одна, до времени, в котором...

Невиноватая виновница
Царств соломоновых и плах,
Чуть-чуть - и сердце остановится
На совмещенных полюсах,
И горечь сукровицей звездчатой
Засохнет у меня внутри,
Как абрикосовая косточка
В метельной мякоти любви.

Обними меня чуть слышно,
Повеленье-повилика...
Слава Богу, я не вышла,
Я не вышла в Эвридики.
И не петь в степях Орфеем,
Ибо он не ходит в юбке.
Плачет лира нежным зверем,
Позвонок целуя хрупкий.
Неба плавкая облатка,
Остиховленные плечи...
Ну, сжимай свои объятья
Вкруг моей фигуры речи!

...В такую пору помолиться
И юркнуть в нажитый покой.
Ты спишь, диковинная птица,
А я склоняюсь над тобой.
Твое дыхание освоив,
Я воздух чувствую острей:
Эфир- как поле зерновое,
Как сок багульника - борей.
И что мое предназначенье,
Когда б любовь не на двоих
Ткала-ткала хитросплетенья
Уточных слов и основных.
И я могла бы влажным горлом
Быть с лепестками заодно,
Закрытой раковиной черной
Ныряльщиц сманивать на дно,
Нехитрым символом оплакать
Пропащий след любви земной...
Но что разменивать на знаки,
Когда сливаешься с судьбой?

Вот теперь моя забота -
Черный день перешагнуть.
Ты грехи мои без счета
Запиши куда-нибудь.
Оприходуй на бумагу -
Вот перо и пресс-папье.
Я у ног твоих прилягу
На осиновой скамье.
Ты-то скажешь (я-то знаю),-
Мол, вины твоей ушат
Переполнился до края.
...Что настенные - спешат?
О, любимая, не пробуй
Урезонить час один.
Ты перо макнула, чтобы
Время резать в серпантин.

И мой коленопреклоненный сад, -
Виновный, - как в снегах застыл, не смея
Смешать с твоим закаты и аллеи,
И забытье цикад..
Его стволы к твоим наклонены
Над цепкою воронкою бездонной,
Он весь твое движенье и подобье -
До жаркой глубины.
И навигацией вчерашних флор,
И эйфелевым всплеском стрекозиным
Он устремлен к тебе во весь опор
В тоске предзимней.
В нем плачут сны, стенают облака,
Вода в шипах, и ласточки бескрылы
И бродит по траве моя тоска
Слепой Сивиллой...

Я нашу любовь без тебя не сыграю:
Ты - первая скрипка, я - скрипка вторая.
Мы - птица в квадрате, мы - роза в квадрате,
Мы - строй Страдивари, мы - нежность Амати.
Я выдох и вдох твоих струн повторяю.
Ты - первая скрипка, я - скрипка вторая.
Но ты умолкаешь, и я умираю:
Ты - первая скрипка, я - скрипка вторая.

Эти запястья печальные,
Эти ладони чуть слышные.
Все мои ангелы тайные
Пристальным вздохом колышимы.
Все мои ангелы легкие,
Все хризантемы певучие
Ждут заповедного оклика
Здесь, за оградой колючею.
Тенью покрыты кромешною,
Тенью одеты вечернею
Все мои ангелы нежные,
Все хризантемы плачевные.

...Что теперь горьких зим оковы,
Время - бреннее мотылька?..
И горит под моей щекою
Тихим солнцем твоя щека.
И, вобрав ветровой рисунок, -
От коленок до облаков,
Долгим медом стекает сумрак
С предрассветных твоих сосков...

Разжегши в подругах пожар
И свой воплощая сценарий,
Сафо на ходила в гей-бар,
Сафо собирала гербарий.
Ей девы растенья несли,
Восстав ото сна спозаранку,
Любя от богемы вдали
Красавицу – островитянку.
И знали: их всех воспоют,
Их нежность, их тонкие лики,
Коль есть музыкальный сосуд,
Сапфической полный музЫки.
О все феминистки земли,
Сомкните свои батальоны:
Сафо! Не ходи у скалы!
Сафо! Не влюбляйся в Фаона!
Но мало ей девичьих чар,
И девы рыдают: о горе!
Уж лучше б ходила в гей-бар –
Оттуда не выпрыгнуть в море.

Не полымем и не лавою -
А свет твой в конце зимы
Вымаливая, выламывая.
Выкрадывая у тьмы.
Да, это твое свечение
Пронизывает гортань -
Надздешнее, надплачевное,
Как ангельская герань:
Цветенья и пенья хроника
От бездны наискосок -
Психеина подоконника
Домашний такой цветок…

Приблудной строчкою влекусь
В игольное судьбы ушко…
Я так тоскую, моя грусть,
Мое люблю и далеко.
Притянет небосклон седьмой
Мои негорние края…
Я так тоскую, ангел мой, -
Рулетка русская моя…

Тоскования псами гончими
Загнан солнечный календарь,
Но разбуженных колокольчиков
Я единственный твой звонарь -
Всей страны лепестково-лиственной...
Под музЫку подставь ладонь -
Я звонарь чашевидных пристаней,
Я вызваниваю любовь -
Так полуночно- покадансово* -
Пролитой пиетой глубин, -
Колоколенкою декабрьскою,
Возведенной среди руин...

-------------------
* каданс = каденция